Открытие русского ученого – ключ к решению абхазской проблемы!

Савва Иверский, Тбилиси, для CHECHENPRESS, 10.09.08 г.

Для, переживающего процессы самоопределения, этноса, важнейшее, если не решающее место занимает его религиозное мировоззрение, являющееся критерием будущих нравственных и ценностных ориентаций. Эти критерии играют существенную роль в отношениях с ближайшими и не очень близкими соседями. А потому, громогласно заявившие о себе народы находятся в центре внимания всего мирового сообщества. Не обошла эта участь и абхазов. По поводу их вероисповедания, до сегодняшнего дня, приводятся всевозможные взаимоисключающие аргументы и доказательства.

И вот, после многолетнего неуемного труда, востоковеду Александру Крылову, в своей докторской диссертации: ”Религия и традиции абхазов”, удалось блестяще ответить на этот сложный вопрос. Вот какими бесценными сведениями делится автор в статье под заголовком «Реликт прамонотеизма» на сайте http://www.ca-c.org/journal/cac-04-1999/st_26_krylov.shtml:

«Как показали проведенные Институтом востоковедения РАН в 1994-1998 годах полевые исследования в Абхазии, декларируемая абхазами принадлежность к христианам или мусульманам является совершенно формальной. Она остается данью традиции и свидетельствует лишь о том, приверженцами какой из этих религий когда-то считались их предки (вынужденные в прошлом под давлением обстоятельств креститься, либо принимать ислам, но в действительности сохранявшие прежнюю веру).

Современные “христиане-абхазы” не посещают церкви (или посещают их крайне редко), не совершают обряда причастия, не соблюдают никаких постов, не интересуются основами вероучения, не читают Библии. “Мусульмане-абхазы” употребляют в пищу свинину, спиртные напитки, не совершают обрезания (даже считают это постыдным и недостойным мужчины), не читают Корана и совершенно не интересуются исламом. Поэтому почти полное отсутствие у абхазов мировоззренческих разногласий и бытовых различий между людьми, формально относящими себя к христианам и мусульманам, является вполне закономерным. Некоторые отличия наблюдаются в похоронной обрядности и в процедуре религиозных праздников, которые, впрочем, совершенно утратили свое первоначальное содержание. Если праздник отмечают абхазские христиане, в нем с удовольствием принимают участие мусульмане, и наоборот. В семьях, объединяющих представителей различных конфессий, религиозные праздники христиан и мусульман чаще всего празднуются совместно. Само празднование в большинстве случаев сводится к застолью: готовятся определенные блюда и приглашаются к столу родственники, соседи и друзья».

Далее, в подтверждение вышесказанного, автор приводит монографии абхазских авторов («Этнографические этюды»  С.Званба -1956г., «История Абхазии» - 1993г.) и дает заключение: «В ХIХ и начале ХХ века в науке господствовало мнение, что, несмотря на некоторое влияние на них христианства и ислама, все абхазы (за немногими исключениями) поклоняются языческим божествам и совершают соответствующие обряды. Подобная трактовка продолжает господствовать в абхазоведении до сих пор».

А теперь автору пора и задаться вопросом: «Что же представляет собой традиционная религия абхазов в настоящее время?» и с уверенностью ответить: «Наиболее ясное представление об этой религии дает нам расположенное близ села Ачандара Гудаутского района святилище Дыдрыпш, жрецы которого сохранили многие ритуалы и религиозные представления своих предков, полузабытые или утраченные в других местах. Это объясняется тем обстоятельством, что это святилище было единственным, которое продолжало функционировать непрерывно в течение всего советского периода. Поэтому излагаемые ниже сведения о традиционной религии абхазов даются в основном со слов нынешнего жреца этого святилища Заура Чичба.

У абхазов один Бог. Это Анцэа - Бог-творец и создатель всего мира. Этого единого верховного Бога почитают последователи всех мировых религий, но только каждый по-своему. У Бога имеются апаимбары - “ангелы, высшие существа, слуги и представители Бога на Земле”, которые докладывают Богу обо всем происходящем. Наиболее почитаемым среди апаимбаров является Дыдрыпш.

Каждый из апаимбаров занят своим делом: они наблюдают за домом, очагом, скотом, горами и морем. Людей же создают и определяют их судьбу “ашачща”(“ашацва”) - создатели и боги судьбы. Когда человек рождается, ашачща “делят: какое кому счастье, кто сколько лет проживет…

Абхазия оберегается семью святилищами-аныхами, совокупность которых называется “быжныха» (“семь святилищ”). К настоящему времени возобновлена деятельность пяти из них, это - Дыдрыпш-ныха, Лашкендар, Лдзаа-ныха, Лых-ныха и Ылыр-ныха.»

О том, какое значение приобретает для современных абхазов их традиционная религия, исследователь указывает, исходя из фактического материала:

«По устной традиции, в прежние времена в Абхазии существовал совет жрецов. Возобновление работы нескольких абхазских святилищ предполагает регулярное общение жрецов между собой и поэтому, по мнению Заура Чичба, будет вполне логичным создание в будущем такого совета. Однако создание подобного органа станет актуальным лишь в том случае, если жрецы возобновленных святилищ сумеют добиться у местного населения авторитета и влияния, сопоставимого с тем, которым пользуется в среде абхазов святилище Дыдрыпш (а это весьма сложная задача)…

В условиях постсоветской реальности в Абхазии наблюдается рост авторитета нескольких главных традиционных святилищ и их жрецов. Причина в том, что наряду со своей основной задачей - защитой Абхазии от внешних врагов, главные аныхи продолжают выполнять важную функцию в регулировании социальных отношений внутри абхазского этноса. В прошлом при помощи святилища решались конфликты между представителями разных слоев феодального общества, а также между отдельными людьми, родами и фамилиями. В настоящее время аныхи остаются местом очистительной присяги для людей, подозреваемых в совершении преступления, к их помощи могут обратиться жертвы с просьбой покарать обидчиков, либо, если те неизвестны, указать на виновных…

В тех случаях, когда правоохранительные органы не в состоянии доказать вину подозреваемого, его посылают в святилище для принесения очистительной присяги; если он поклянется там в своей невиновности, это считается достаточным основанием для того, чтобы снять обвинения. Естественно, что хотя в этом плане не существует никаких ограничений по национальному признаку, такая мера применяется только в отношении абхазов, верящих в могущество аных, и не распространяется на представителей других народов.

Абхазские власти обращались за помощью к аныхам не только в связи с отдельными преступлениями, но и когда посчитали сложившуюся в стране криминальную ситуацию критической. Летом 1996 года к святилищу Дыдрыпш пришло абхазское руководство во главе с президентом В.Г. Ардзинба с просьбой “вразумить людей, чтобы они одумались и не совершали преступлений”. Дыдрыпшу было обещано приносить жертвы каждый год, если он “остановит преступность.

Представители нынешнего руководства Абхазии всегда принимают участие в благодарственных молениях за заступничество и поддержку в грузино-абхазской войне. Они проводятся в святилище Дыдрыпш каждый год. Церемонии в других святилищах также обычно приурочиваются к годовщине победы над грузинской армией: именно в этот день, 30 сентября 1996 года, были торжественно возобновлены моления в святилище Лашкендар близ города Ткуарчал (Ткварчели). Через год в тот же день состоялось благодарственное моление в святилище села Моква».

На основе полученных исследовательских данных, Александр Крылов делает многозначительное заявление: «По-видимому, лучший ответ на вопрос о месте сохранившейся до наших дней традиционной религии абхазов (как и некоторых других народов Кавказа) в системе мировых религий дает теория “прамонотеизма” выдающегося австрийского религиоведа Вильгельма Шмидта. В своем фундаментальном двенадцати томном труде “Истоки представлений о Боге” В.Шмидт доказывает, что первоначальной религией человечества был монотеизм, что за всем многообразием существующих верований, в том числе у самых отсталых народов, можно обнаружить остатки этой древнейшей веры в единого Бога-Творца. По мнению В.Шмидта и его последователей, прамонотеизм предшествовал всем формам религии, и лишь впоследствии к нему примешались различные тотемические, фетишистские, магические, анимистические и другие элементы. Таким образом, иудаизм, христианство и ислам представляют собой возврат людей к изначальному монотеизму их далеких предков.

Традиционная религия абхазов, а также особенности происхождения и истории этого народа (и некоторых других народов Кавказа) дают основание заключить, что в данном случае мы имеем место с проявлением именно этого, изначального по В.Шмидту, монотеизма, сохранившегося до наших дней. На основании сопоставления библейских текстов и абхазской мифологии к такому же заключению пришли Л.Регельсон и И.Хварцкия, указывающие, что “народная религия абхазов представляет собой хорошо сохранившийся реликт добиблейского монотеизма”. По мнению этих авторов, “несомненная древность лингвистических терминов и мифологических образов, связанных с представлением о Боге Анцэа, может служить доказательством, что эти чисто монотеистические представления не являются заимствованиями из христианства или ислама. Более сложным представляется вопрос, не следует ли рассматривать абхазский монотеизм как отголосок монотеизма древнееврейского, но многочисленные аргументы ... показывают обратное направление заимствований ... как абхазский, так и семитический монотеизм имеют общий корень, связанный с территорией и древним населением нынешней Абхазии”. Но оказывается еще, что «Сходные представления сохраняются и у некоторых других народов Кавказа. Осетинское святилище Ирон дзуар, действующее в Абхазии с 1972 года, позволяет заключить о большой схожести ритуалов и религиозных представлений о Боге-Творце, имеющихся у абхазов (Анцэа) и осетин (Хсау). Подобные совпадения вряд ли являются случайными, их нельзя объяснить и внешними заимствованиями из других религий (естественно, что эта проблема требует дальнейшего изучения в Осетии и других регионах Кавказа, где еще сохраняется традиционная религия)».

Естественно, схожесть религий вызывает схожесть волеизъявлений. Следовательно, в единстве восприятия сакрального – проглядывается и единство поведенческих стереотипов. Но это – отдельный разговор и не относящийся к нашей сегодняшней тематике. Сегодня мы должны по заслугам воздать должное эпохальному открытию русского ученого – с его помощью теперь мы уже знаем, что древний род – абхазы – имели свою прамонотеистическую религию тогда, когда Моисеем еще не были переданы скрижали откровения своему народу. И, представьте, до сегодняшнего дня сохранили своих  жрецов и свои святилища! 

О чем это говорит? О том, что абхазы, в течение всей своей истории, как зеницу ока, берегли свою прамонотеистическую религию и не позволяли попирать ее ни иудейству, ни христианству и ни исламу! Следовательно,  одинаково невостребными и неприемлемыми были для них и канонические учения как Ветхого, так и Нового Заветов.

Исходя из вышесказанного, имея свои собственные святилища: Дыдрыпш-ныха, Лашкендар, Лдзаа-ныха, Лых-ныха и Ылыр-ныха – конечно же, все культово-религиозные христианские сооружения раннего и позднего средневековья, которые находятся на территории Абхазии (возьмем так же пять наименований наугад), к примеру: Бедиа, Мокви, Илори, Бичвинта, Дранда, – имели своих собственных хозяев. Каких именно? Судя по логике – если стиль архитектуры, внешняя резьба и орнаменты храмов, надписи на стенах, на иконах и фресках – все это грузинское, стало быть грузин? Конечно же!

Жили себе здесь грузины спокойно, и когда абхазы справляли обряды своей древнейшей религии в горных ущельях, молились они в равнинных церквах, своей молодой, христианской религии. И, ничего, уживались спокойно между собой, ибо до вступления в их пределы великого северного соседа, не упоминается в истории разногласий сколько-нибудь значительного уровня.

А после  столь значимого открытия русского ученого, вновь предоставляется возможность этим, некогда в согласии жившим народам, достигнуть перемирия – для того, чтобы и честолюбие абхазов было удовлетворено, и грузинские территориальные претензии  не отвергались, требуется самая малость – абхазам по-прежнему беречь свои : Дыдрыпш-ныха, Лашкендар, Лдзаа-ныха, Лых-ныха и Ылыр-ныха, а грузинские беженцы спешно должны вернуться в свои обители, где их ждут не дождутся: Бедиа, Мокви, Илори, Бичвинта, Дранда!

назад

форум

печатать