Некоторые замечания к вопросу о легитимности Чеченской независимости

А. Закаев, Я. Чагаев, Чеченпресс, 17.08.04г.

Не дожидаясь официального оглашения заблаговременно известных итогов голосования на псевдореферендуме по т.н. конституции для чеченцев, российский президент Путин заявил, что наконец-то решена проблема территориальной целостности РФ. Спустя же полтора месяца, уже в своем послании Федеральному собранию от 16 мая, характеризуя ситуацию в Чечне, Путин сказал буквально следующее: «Юридически и фактически восстановлена целостность РФ». При всем нашем крайне негативном отношении к российскому лидеру, его слова содержат принципиальное признание. Во-первых, до 23 марта 2003 г. Чеченская Республика юридически не входила в состав РФ. Во-вторых, целью античеченской войны была не «борьба с терроризмом», а захват территории Чеченской Республики.

К сожалению, ни одна официальная структура как в России, так и за ее пределами, не схватит Путина за руку и не спросит, что же тогда было до 23 марта 2003 г.

Официально днем независимости Чеченской Республики считается 6 сентября 1991 г. Эта дата не связана с какой-либо юридической акцией касательно независимости Чечни. Точнее будет сказать, 6 сентября имеет отношение к очередному всплеску общественно-митинговой активности, столь характерной для того времени, вошедшего в историю как неудавшаяся попытка государственного переворота в СССР. Реальным днем независимости Чеченской Республики является 27 ноября 1990 г., когда Верховный Совет Чечено-Ингушской Республики в полном соответствии с общепризнанными принципами международного права, а также права, действовавшего на всей территории СССР, провозгласил государственный суверенитет Чечено-Ингушской Республики.

В отношении Чеченской Республики часто применяются эпитеты «самопровозглашенная», «непризнанная», «мятежная», которые ничего не имеют общего с действительностью и носят провокационный характер. С юридической точки зрения независимая Чеченская Республика легитимна абсолютно в той степени, в какой был легитимен СССР, и легитимна сегодняшняя Россия.

В апреле 1990 г. в духе осуществлявшихся М. Горбачевым реформ по либерализации советской системы Верховная власть СССР приняла, без преувеличения, два судьбоносных для народов СССР закона: 10 апреля – «Об основах экономических отношений Союза ССР, союзных и автономных Республик»; 26 апреля – «О разграничении полномочий между Союзом ССР и субъектами федерации». Кроме общих положений в данных законах содержится ряд статей, которые кардинально меняют статус, например, автономных республик Они недвусмысленно уравниваются в правах с союзными республиками. За теми и другими признается «свободное самоопределение народов» (Закон от 26.04.ст.1.). Автономные республики, как и союзные, являются субъектами федерации - Союза ССР (Закон от 26.04 ст.1.).

«Территориальные споры между союзными республиками, автономными образованиями, по которым соглашение между ними не был о достигнуто, могут передаваться по взаимному согласию» для решения Совету Национальностей Верховного Совета СССР (там же, ст. З.). «К исключительному ведению Союза Социалистических Республик в лице его высших органов государственной власти и управления относится: (-)

2) принятие в состав СССР новых союзных республик и утверждение образования новых и изменения статуса уже существующих автономных республик, автономных областей и автономных округов;

3) разрешение споров между союзными республиками между союзными и автономными республиками, автономными образованиями в случае их обращения по этому вопросу к органам Союза ССР (там же, ст. 6.).

В законе СССР «Об основах экономических отношений Союза ССР, союзных и автономных республик» ни в одном месте не делается различие между «союзными» и «автономными» республиками. Во всех случаях, независима от того, идет ли речь о полномочиях или обязательствах, используется сочетание «союзные и автономные республики». В статье 5, которая называется «Договорные формы экономически связей Союза ССР, союзных и автономных республик», во всем тексте пункта 1 сочетание «союзные и автономные республики» заменено одним словом «республики».

Примечателен пункт 2 этой статьи, который как будто специально написан для того, чтобы продемонстрировать равнозначность «союзных» и «автономных» республик. Например: «2. Союзные и автономные республики вправе учреждать в столице Союза ССР и столицах других республик свои представительства, содержащиеся за счет средств республиканских бюджетов. Органы государственного управления Союза ССР могут создавать с согласия республики на ее территории свои службы и подразделения».

Интересно отметить, что в рассматриваемом законе, так же как и в предыдущем, в роли третейской стороны в споре между субъектами федерации выступает общесоюзная верховная власть. Например, статья 6: «5. Разногласия по экономический вопросам между правительством Союза ССР, союзными и автономными республиками, а также между республиками, возникающие при исполнении законов СССР, постановлений и распоряжении правительства СССР, рассматриваются Верховым Советом СССР с учетом рекомендаций Совета Федерации».

Таким образом, если быть объективными, следует признать, что чеченцы уже в этот период, т.е. в апреле 1990 г., юридически перестали быть пресловутым «внутренним делом России». В своем Постановлении от 26.04.1990 «О введении в действие Закона СССР о разграничении полномочий между Союзом ССР и субъектами Федерации» Верховный Совет СССР в пункте 6 постановил: «Предложить Верховым Советам союзных и автономных республик привести законодательство союзный и автономных республик в соответствие с Законом СССР о разграничении полномочий между Союзом ССР и субъектами Федерации».

Принятию рассмотренных выше двух законов предшествовал еще один Закон от 3 апреля 1990 г. под названием «О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР». В данном законе непосредственное отношение к чеченцам имеет статьи 3. Поэтому мы полностью приведем ее: «Статья 3. В союзной республике, имеющей в своем составе автономные республики, автономные области и автономные округа, референдум проводится отдельно по каждой автономии. За народами автономных республик и автономных образований сохраняется право на самостоятельное решение вопроса о пребывании в Союзе ССР или в выходящей союзной республике, а также на постановку вопроса о своем «государственно-правовом статусе».

Неглубокий анализ советского законодательства на конец апреля 1990 г., коим мы ограничиваемся из-за характера настоящей публикации, показывает, что чеченский народ в результате перестройки получил два принципиально новых права: первое – повысить свой государственный статус до уровня союзной республики и, в качестве полноценного субъекта СССР, подписать обновленный союзный договор; второе – в случае выхода РСФСР из состава СССР или распада собственно СССР, что в принципе равнозначно, самостоятельно решить вопрос о своем дальнейшем государственно-правовом статусе. Два этих момента носят безоговорочный характер, и даже при самом предвзятом подходе здесь невозможно разночтение.

Провозглашение Съездом народных депутатов РСФСР от 12 июня 1990 г. «Декларации о государственном суверенитете РСФСР» соответствовало новому законодательству СССР. Однако этому же законодательству соответствовало провозглашение государственного суверенитета автономными республиками, входившими до того времени в РСФСР. Новые законы СССР не предписывали никому ни конкретный характер статуса, ни название республики. Надо сказать, содержание провозглашенных суверенитетов разнилось в зависимости от умонастроений властей той или иной республики. В одном все бывшие автономные республики и области сошлись полностью. Они решительно избавились от определения «автономия», которое прежде подчеркивало их второсортность по отношению к союзным республикам.

Текст принятой Верховным Советом ЧИАССР 27 ноября 1990 г. Декларации не оставлял сомнения в том, что Чечено-Ингушская Республика является суверенным государством. Власти Чечено-Ингушской Республики заявили о готовности подписать обновленный союзный договор на равных правах со всеми. Провозглашенный суверенитет ЧИР нашел понимание и одобрение в высших эшелонах власти СССР. С определенного времени государственная делегации ЧИР наравне с делегациями других бывших союзных республик принимала активное участи в выработке проекта обновленного союзного договора. В чечено-ингушскую делегацию входили Андарбек Яндаров и Ваха Сагаев, бывшие в то время заместителями Председателя Верховного Совета ЧИР и членами президиума Верховного Совета ЧИР. Новый союзный договор предполагалось подписать 20 августа 1991 г.

Российская пропаганда всячески навязывает мнение, что истоком Чеченского суверенитета являлся «вооруженный мятеж». Мол, в сентябре-октябре 1991 г. группа вооруженных людей во главе с отставным советским генералом Джохаром Дудаевым незаконна захватила власть, насильственным путем разогнав при этом Верховный Совет ЧИР во главе с Доку Завгаевым. Тот факт, что к этому времени Чечено-Ингушская Республика юридически уже год существовала вне РСФСР, тщательно умалчивается. За год с ноября 1990 г. по ноябрь 1991 г. происходило реальное наполнение суверенитета ЧИР. Так, следует отметить специальное постановление Верховного Совета ЧИР от 11 Марта 1991 г., запретившее проведение на территории республики общероссийского референдума о введении в РСФСР президентского поста. ВС ЧИР во главе с Д. Завгаевым сослался на Декларацию о государственном суверенитете ЧИР от 27 ноября 1990 г., согласно которой республика далее не являлась частью РСФСР.

Вопреки утверждениям российских властей, приход к власти Джохара Дудаева не был сопряжен с мятежом. Действительно, в республике шли митинги с различными требованиями, и это было всего лишь эхо, прокатившееся из Москвы в дни попытки путча в августе 1991 г. При всем накале страстей, имевшем место в сентябре 1991 г. в Грозном, Верховный Совет ЧИР не был разогнан. Легитимным путем, т.е. при соблюдении всех юридических норм, был оформлен самороспуск ВС ЧИР.

При этом был образован Временный Высший Совет ЧИР с единственной задачей – в максимально близкие сроки организовать выборы Парламента и Президента ЧИР. В связи с тем, что именно в эти дни чрезвычайный съезд ингушского народа в лице депутатов всех уровней изъявил желание оформиться в самостоятельную республику и войти в состав РСФСР, Временный Высший Совет объявил о выборах Парламента и Президента уже Чеченской Республики. Кстати, во время предвыборных баталий в Республике функционировал Совет Министров ЧИР вплоть до замены его комитетом оперативного управления народным хозяйством (КОУНХ), назначенным Д. Дудаевым после своего избрания президентом.

Выборы президента и парламента в Чеченской Республике состоялись 27 октября 1991 г. с убедительной победой сторонников Дж. Дудаева. Конечно, в Республике кипели страсти, были какие-то правонарушения, хотя и намного меньше в сравнении с тем, что переживала тогда, например, Москва. Таким образом, можно констатировать, что первый президент и парламент Чеченской Республики были законными преемниками Верховного Совета Чечено-Ингушской Республики, в легитимности и суверенности которого никто никогда не сомневался. Возникает вопрос, почему российские власти, говоря о Чеченской независимости, упорно акцентируют внимание на событиях осени 1991 г. Ответ, по нашему мнению, заключается в том, что таким путем пытаются лишить суверенитет Чеченской Республики неоспоримой правовой базы, каковой являются: во-первых, все перечисленные выше Законы СССР от 3, 10 и 26 апреля 1990 г.; во-вторых, Декларация о государственном суверенитете РСФСР от 12 июня 1990 г.; в-третьих, Декларация о государственном суверенитете ЧИР от 27 ноября 1990 г.

Должны признаться: неприятный нам российский президент в вопросе о легитимности чеченской независимости проявляет себя вполне вменяемым юристом. Оказывается, он осознавал истинную цену заявлениям многих российских политиков и их зарубежных благожелателей о том, что «Чечня является внутренним делом России». Апеллируя к референдуму чеченского народа, он был прав в том, что изменить статус Чеченской Республики правомочен только ее народ, недвусмысленно определившийся со своим статусом 27 ноября 1990 г. через Верховный Совет народных депутатов. Впрочем, осознавший к 23 марта 2003 г., что Чеченская Республика не является ни юридически, ни фактически частью РФ, Путин сделал досадную юридическую промашку. Он почему-то не заметил, что никак не правомочен ни назначать, ни проводить референдум в чужой стране.

назад

форум

печатать